Осман Пашаев

Журналист

Математика внеочередных парламентских выборов в Турции

Сейчас будет нудный длинный текст про математику внеочередных парламентских выборов в Турции, которые пройдут в один день с президентскими — 24 июня. Тут много цифр и пояснений, а также сложных процедур турецкой избирательной системы.

В Турции пропорциональная система с самым высоким в мире барьером — 10%. Список не единый, а региональные списки в каждой из 81-й провинции. Стамбул делится на три округа — от каждого избирают примерно по 30 депутатов. Самый маленький округ — провинция Байбурт — один депутат. Анкара и Измир делятся на два округа. Все остальные провинции являются отдельными округами, а квоты распределяются согласно последним данным о количестве проживающих в них избирателей. Всего турки изберут 600 депутатов. Можно избираться и независимым депутатом. Например, в стамбульском округе из 30 депутатов независимому кандидату нужно набрать 1/30 голосов пришедших на выборы. А в Байбурте, где лишь место в парламент — выборы фактически как мажоритарные — победит тот, за кого проголосует относительное большинство.

Партийные места распределяются между силами, которые преодолели 10%-ный барьер по методу Д’Онта. Не буду углубляться в детали. Этот метод дает небольшие преимущества партиям, которые вышли на первое место. В каждом округе своя партия-победитель, поэтому именно там она получает чуть больше, чем остальные. Этим объясняется разница в количестве депутатов у курдов и националистов в 2015-м. Националисты в целом по стране набрали 11,6%, а курды — 10,7%. Но у националистов вышло 40 депутатов, а у курдов — 59, потому что в десяти округах они были победителями, а националисты — ни в одном не вышли на первое место. В Украине использует при распределении метод Сент-Лагю, который не дает преимуществ победителю.

Эрдоган решил не терять голоса националистов. Из-за поддержки лидером националистов Девлетом Бахчели президента Эрдогана от националистов отвернулось две трети избирателей. В законе о выборах внесли изменения — партии смогут блокироваться. В избирательном бюллетене можно будет отдать голос за любую партию блока, напротив каждой есть место для галочки. Даже набравшая доли процента партия получит шанс провести в парламент депутата, если суммарно блок преодолеет 10%. Партия Эрдогана, скорее всего, получит не менее 40%, а националисты от 4% до 7%. В блоке с Эрдоганом их голоса не пропадут. Скажем, если блок наберет 45% (40% Эрдоган и 5% — Бахчели) каждый девятый депутат будет от националистов. По данным оппозиции сейчас блок власти «Джумхур Иттифак» набирает 297 мандатов из шестисот, поэтому оппозиции важно собрать все остальные голоса и получить оставшиеся 303 места. И тут проблема.

Курдская партия на грани прохождения. Лидеры курдов, замешанные в поддержке террористов из РПК, сидят в тюрьме в ожидании суда. Невнятная позиция партии против терроризма оттолкнула от них левых некурдских избирателей. Кроме того, название «курдская партия» тоже условное. Около половины курдов действительно голосуют за нее, но почти столько же курдов предпочитает партию Эрдогана. Кроме того, есть небольшая курдская партия — ХУДА ПАР — политическое крыло курдской Хизбаллы. Турецкий ЦИК допустил их к выборам. Они не проходят в парламент, но отрывают от 4% до 7% в некоторых провинциях, населенных курдами — в Дяирбакыре и Бингёле. К кому примкнут они пока не ясно.

Антиэрдогановская коалиция выглядит так. Две проходные партии:

- Республиканская Народная (ататюркисты, левоцентристы) — их минимум 20%, потолок — 26%.

- И новая правоцентристская Хорошая партия с лидером-женщиной Мераль Акшенер. 10%-ный барьер партия преодолевает, но предел возможностей сейчас просчитать сложно. Реалистичный прогноз — 15%.

Итак, проходные партии имеют примерно равные стартовые условия: 40% ПСР Эрдогана и 40% РНП и Хорошая партия.

Остальные 20% — курды, все подвиды турецких националистов, исламские фундаменталисты и плюс совсем чуть-чуть либералов. Их нужно перетянуть на свою сторону каждой из сторон. Так вот разобраться с этими двадцатью процентами сложнее, чем с остальными восьмьюдесятью. Но от голосования зависит победитель. За Эрдогана — турецкие националисты и курдские исламисты. За оппозицию — левые курды и турецкие фундаменталисты.

Наибольшая националистическая группа — Партия националистического движения Девлета Бахчели, как я уже написал, однозначно на этих выборах с Эрдоганом. Сразу +5%, а возможно и до 7%. Наибольшая курдская группа — Партия Демократических народов — против Эрдогана. Из-за того, что у них нет уверенности в преодолении барьера, курды хотят в широкую коалицию с оппозицией. Ататюркисты не против, но Мераль Акшенер с Хорошей партией не может себе позволить единение с той частью курдского политикума, который подозревается в симпатиях к курдским террористам. Этим умело пользуется Эрдоган, который не получил большинства на выборах 7 июня 2015 года, но из-за неспособности националистов и курдов объединиться против партии власти, дождался внеочередных выборов через 5 месяцев и победил.

Третья группа — турецкие фундаменталисты. Тяготеют к Хорошей партии и Мераль Акшенер. Их потолок 5%, но их избиратель часто голосует за Эрдогана, понимая, что партия непроходная. Это видно по тем голосам, которые фундаменталисты получают на муниципальных выборах и кое-где проводят своих кандидатов в местные депутаты и мэры. Их сила — партия Счастья — скорее всего, выставит на президентские выборы Абдуллу Гюля: 11-го президента Турции и правую руку Эрдогана на протяжении 15 лет. Отношения Гюля и Эрдогана охладели после 2016 года и нередко в турецких медиа намекают на близость Абдуллы Гюля к опальному проповеднику Фетуллаху Гюлену.

Демократическая партия (турецкие либералы) идут без условий и упреков к госпоже Мераль. О них уже мало, кто помнит. Были в 1990-е в Турции две крупные правоцентристские партии — Отечества и Верного Пути. Одну возглавлял покойный Тургут Озал, вторую сначала Демирэль, а потом первая женщина-премьер Тансу Чиллер. Между собой партии спорили и политически воевали. Потом проиграли всё Эрдогану, а потом объединились и получили более мене внятный результат лишь в 2007-м — 5%.

Еще две националистические партии — Большого Единства и Независимой Турции имеют потенциал не более 1% каждая. Но обе важны. За каждой их них оргструктуры и стабильный верный электорат. Партия Большого единства — за Эрдогана, независимой Турции — за Мераль Акшенер.

Три варианта развития событий:

Оппозиция формирует два блока. Правый блок — Хорошая партия (15%), партия Счастья (5%), Демократы (2%) и Независимой Турции (1%). Второй блок — Республиканцы (25%), которые включат в свой список нетоксичную часть курдских леваков (8-9%). В этом случае оба блока могут получить 55% и объединиться уже в парламенте.

Второй вариант. Правый блок такой же четырехпартийный. Республиканцы и курды идут отдельными списками. Если все три списка пройдут в парламент, то их совместный результат будет около 60%, но опять встанет вопрос: смогут ли Хорошая партия и курды войти в одну коалицию?

Третий вариант: Правый оппозиционный блок и два списка — РНП и курды, но курды не преодолевают барьер. В этом случае их места на юго-востоке заполнят кандидаты от Партии Справедливости и Развития Эрдогана и сделают его победителем. Вот тут сработает метод Д’Онта. Получив меньше 50%, но обнулив курдские голоса, которые с результатом 9% останутся за бортом Меджлиса, Эрдоган получит 60% депутатских мест.

С президентскими выборами дело обстоит так. Эрдоган при удачном раскладе побеждает в первом туре. Но именно сильные кандидаты от оппозиции и удачное блокирование парламентских списков могут создать условия для второго тура. Эрдоган в первом набирает 45%, но полностью расходует свой потенциал. Мераль Акшенер получает 20%, а от республиканских народников Муаррем Индже получит примерно столько же — 20%, от партии Счастья Абдулла Гюль — 5% и 8-9% получит курдский кандидат. Индже и Акшенер уже заявили, что поддержат любого, кто окажется с Эрдоганом во втором туре. Курдам придется сделать тоже самое. Избиратель у всех дисциплинированный, но результат будет немного меньше, чем суммарный рейтинг четырех. Может быть 53-54%, а может и 49%.

В общем, у турецкой оппозиции в очередной раз есть шанс победить Реджепа Эрдогана. Тем более сам Эрдоган в 2002-м году пришел к власти только благодаря счастливому стечению обстоятельств. Его новосозданная партия получила 34%. Но вне парламента остались Партия Верного пути (9.5%), националисты (8,35), Молодая партия (7%), курды (6%) и партия Отечества (5%). Суммарный результат пяти крупных партий, не преодолевших барьер, был выше (36%), чем у его партии, занявшей первое место. Еще 8% разобрали другие мелкие партии. И если бы в 2002-м существовала возможность блокирования, не факт, что Эрдоган пришел бы к власти вообще.

Оригинал.

Мнение редакции сайта «15 минут» может не совпадать с мнениями, высказанными в рубрике «Блоги».

Все новости

Читайте также

Блоги

Юрий Бутусов

Журналист

Скандал вокруг цен на жилье во время финала ЛЧ — надуманный

На мой взгляд, совершенно надуманный скандал и самобичевание насчет того, что в Киеве завысили цены в гостиницы на период проведения финала Лиги чемпионов, и что какой ужас — часть испанских болельщиков не прилетит.

21 мая 2018, 16:16

Рефат Чубаров

Председатель Меджлиса крымскотатарского народа

Кримські татари притримуються тільки ненасильницьких методів боротьби

Заява Голови Меджлісу кримськотатарського народу з приводу подій 21 травня 2018 в тимчасово окупованому Криму.

21 мая 2018, 20:57
Все блоги
15 Минут в социальных сетях